СпортАвиаСервис\Статьи\Впечатления от поездок\Домбай. Весна 2001.
О нас
Новости
Начинающим
  Наши услуги
Обучение
Обучение на парамоторе
 Снаряжение
Парамоторы
 Информация
Статьи
Фотогалерея
Видеогалерея
Схема проезда
Ссылки

Пишите нам sport_avia@mail.ru

телефоны в С-Пб

(812)983-47-50

8-960-2834750

Продажа снаряжения:

+7-904-5590090

Парамоторное направление:

8-904-5590090

Мы летаем в Углово - описание и cхема проезда на летное поле здесь

Погода в СПб от windguru.cz

Как читать прогноз от windguru.cz

Подарочный сертификат на полет на параплане в тандеме с 

инструкторомСертификат на полет в тандеме на 

параплане

 

Домбай. Весна 2001.

 

           Мощный удар в крыло перекосил меня в подвеске, зашкаливший прибор истошно заорал, а левая консоль смялась и ушла назад, полощась на ветру. "Ассиметричка 70% " - пронеслось в мозгу, - "скомпенсировать весом и правой клевантой, прокачать левой". Привычные действия кажется не помогали - солидный кусок уха не хотел выходить, зацепившись за стропы. Мир сперва медленно начал поворачиваться слева направо, мягко навалилась перегрузка, засвистел ветер. Клеванты стали каменными, а вращающиеся скалы внизу так близко, что видно каждую трещину. Запаска! - непослушная от перегрузки рука никак не могла нащупать ручку, в глазах потемнело, а на склоне уже видна моя вращающаяся тень...

           Примерно так я представлял себе горные полеты в небе Домбая, приближаясь к Кавказу на рейсовом автобусе. В голубом небе аппетитно вспухали кучевки, грело весеннее солнце, сердце пело, предвкушая мощные термики и высокую кромку. У меня будет целая неделя перед кубком Домбая 2001, что бы влетаться в горные условия. Но начались предгорья, и сразу какая то темная стена накрыла нас, солнце исчезло, и повалил СНЕГ. Видимость - 50 м. Такого снега у нас в Питере не бывает - все машины буксуют, и снегоуборщики еле успевают очищать какое то подобие дороги. Всю дорогу видны только огромные ели, засыпанные снегом, все остальное в пурге. Приехав в Домбай, узнаю, что в ближайшие дни полеты точно отменены. Местные жители, радующиеся первому снегу в сезоне, немного раздражают, но все в один голос твердят, что за две с лишним недели я успею налетаться. Ну ладно, будем верить, а пока покатаюсь на сноуборде.

           Прошла неделя, уже прошел облет,открыты соревнования, а каждодневная метель с ветром 15-20 м/с достала до чертиков. Ближайшие горы из-за снега-дождя-облаков так и не появились. Доска немного спасает, но даже на ней много не покатаешься при нулевой видимости и бешенном колючем ветре в лицо. Красивые плакаты с панорамой скал и прозрачным темно-синим небом "Приглашаем в Домбай!" кажутся издевательством, мрачные лыжники отсиживаются в кафе. Неужели здесь летают?

           Наконец, выйдя на ...тый день из дома утром, вижу голубые просветы в облаках, безумно красивые горы вокруг и ПАРАПЛАН наверху!!! Наконец то, я почувствую себя пилотом. Нас поднимают на старт. Трачу полпленки на потрясающие виды вокруг. Организаторы ставят нам первое упражнение - Теберда без поворотников. Солнце снова затянуло облаками и народ лениво раскладывает парапланы. Никто не торопится лететь, только Маринка забралась на пятую очередь и долго парит над снегом и камнями. Все смотрят на нее с завистью. Я не выдерживаю, срываюсь и тоже еду на пятую очередь. Ого, да здесь ветерок, а ведь в горах не летают при ветре. Но если Маринке можно, то почему мне нельзя.  Мрачный домбайский динамикПоднимаю новый Rival и меня мягко отрывает от склона. Прохожу влево-вправо и меня держит, ничего себе, да ведь это динамик! Вот чего я не ожидал от Домбая, так это динамика. Правда ветер дует прямо из горы напротив и меня, равнинного пилота, это держит в напряжении. Вспоминается фронталка в роторе над Можайкой, комки тряпки, в которые превращались парапланы сдутые за Юцу в сильный ветер. А подо мной неприятные камни торчат из под снега. Но воздух относительно спокойный. Наслаждаюсь великолепной панорамой гор, ущелий. Я над муравейником Лыжники-муравьи внизу медленно стекаются к муравейнику-подъемнику, чуть правее наш старт. В это время замечаю, как наши пилоты взлетают - сегодня же соревновательный день. Приближаюсь к ним и вижу, как они красивым строем без единой спирали свистят в ущелье. Безумцы, ведь высоты едва хватит, что бы долететь до эль-нулевого. Из-за потери высоты сажусь на общий старт и наблюдаю какое то оживление: пилоты один за другим заявляются и стартуют, мгновенно скрываясь за перегибом. Ни один параплан больше не появляется над склоном, и я, наивный, думаю, что они садятся у ММЦ. Наконец на старте почти никого не остается и я встаю перед дилеммой, либо заявиться и стартовать со всеми вниз, в ММЦ, либо парить в динамике на пятой очереди. После долгих колебаний выбираю второе, ведь день наверняка не разыгран, и заявляться бессмысленно. Поднимаюсь наверх, взлетаю снова, но почему то быстро вываливаюсь из динамика. Сажусь в самом низу перед “Горными Вершинами” в толпу зевак, приложившись лбом об лыжу, сбив бедного парня.

           Пять минут спустя гляжу с открытым ртом на карту в судейской, усеянной точками аж до Теберды. День разыгран... Солнца же не было! На каких потоках они летели ? Правда большая часть пилотов села в Гоначхире, явно на долете со старта. Один парень хорошо приложился там на посадке, весь в синяках, ушибах и вроде как сотрясение мозга.

           На следующий день, наученный горьким опытом, поднимаюсь сразу на самый верх горы и лечу еще до соревнований. Витя Янченко в тандеме выкручивает поток у ретранслятора и садится на старт. Направляюсь к этому потоку. Высота уменьшается, вот ее уже не хватает, что бы вернуться на общий старт. Теперь только вперед. Наконец слив прекращается, прибор неуверенно попискивает. Пытаюсь что-нибудь найти... Внезапный удар подбросил меня в подвеске, прибор запищал, а правая консоль зашелестела сверху, сложившись. Ассиметричка 30-40%, даже не ассиметричка, а так, кромка подогнулась, само выйдет. Смотрю на усреднитель - 1.9 м/с. Да-а-а, так вот ты какой, горный поток. Совсем не страшный, близкие скалы нервируют, но в общем нормально. Сложение в этом потоке было самым сильным у меня в Домбае. Медленно набираю высоту, ориентируясь на парапланы внизу. Только чего-то эти парапланы разбежались в разные стороны и посыпались вниз. Похоже у меня тоже лифт закончился, поток развалился. Хорошо, высоты хватает, что бы спланировать на старт.

           Ставят нам снова Теберду, правда с воздушным стартом. Все неторопливо раскладываются - на этот раз солнце в какой-то плотной хмари. Почему-то снова никто не рвется в бой. Погода явно не фонтан и если снимать воздушный старт, высоты не хватит до следующего потока. После долгих переговоров убирают воздушный старт и наконец стартует Шутик и Рамиль. У Рамиля на взлете отлетает прибор и Шутик в гордом одиночестве набирает высоту прямо перед стартом. Вот у него метров 50 над стартом и народ начинает верить, что это не шутка атмосферы: парапланы взлетают один за другим. Взлетаю и я. Нас всех подхватывает мягкая еденичка-двоечка и мы медленно дрейфуем мимо ретранслятора к Гоначхиру. Поднявшись немного выше старта, я оказываюсь выше всех, и пытаюсь по нижним парапланам найти наилучший подъем, но получается плохо. Минут пять работаю один, потом кидаю взгляд вниз - там большая медленная карусель из парапланов. Что-то не правильное в этой картине... Да ведь у них всех левая спираль, а у меня правая, сейчас кто-нибудь из судей увидит. Перестраиваюсь.

           Минут 10 спустя я остаюсь с Рамилем, остальные куда то пропадают. Напротив Гоначхира мы что-то ловим и крутим, почти задевая елки на склоне. У меня не пропадает идиотское ощущение, что это динамик от ветра с Гоначхира. Рваный какой то динамик и узкий. У Рамиля впереди схлопывается половина крыла, полощется сзади. А ведь Рамиль прекрасно чувствует купол. Сейчас меня узлом завяжет, но вроде все нормально, Rival встает на дыбы, а форму держит. Летим дальше, Рамиль идет налево и попадает в какие то жуткие минуса. Ну а я, значит полечу направо. Весь остальной полет похож на медленное умирание. Кручу исключительно нолики. Вот и Теберда внизу, высота 100 метров. Какие то мрачные строения, развалины, везде грязь – впечатление не очень. По инерции хватаю какие то пузыри, но вечернее солнце не дает нормальных потоков. Кто то на земле меня замечает, и тишина вокруг оглашается свистом и лаем собак. Сажусь сбоку от города, на островок посреди реки. Полет закончен. Похоже, сегодня я первый, хотя при таких улетах как сегодня это не имеет значения, очков много не дадут. На обратном пути встречаем вымокшего до нитки Витю Янченко, он сел на берегу реки и упавший параплан черпнул немного воды. Беднягу спас вовремя подлетевший Витя Федоров, иначе Янченко продолжил бы свой маршрут дальше до Теберды по воде. Спасенный клянется, что будет летать только с заточенным стропорезом и быстроразъемными карабинами.

           На следующий день снова ветер, плотная облачность и дождь со снегом. Сноуборд и лыжи. И на следующий тоже. Неужели прошлые два дня - это все, что мы налетаем за соревнования? Стоило из-за такого дохляка тратить столько времени и денег? Безумный Саша Шпак пытается раз за разом стартовать в густой туман при ощутимом ветре с горы. Слава Богу, что у него ничего не получается.

           Наконец на 8 марта природа делает нам подарок. Светит солнце, небо безукоризненно чистое... но только выше старта. Внизу же клубятся облака, хорошие такие кучевки, живые, кипящие на глазах. Только кромка 400 метров над поселком. Снова ставят какое-то упражнение, и мы ждем, когда облака поднимутся или разойдутся. Каспер взлетает, делает пару спиралей в облаке и сыпется вниз. Все ждут, ну а я пошел кататься на доске. Под конец дня народ стартует в это облако и летит к ММЦ, а у меня нет ну никакого желания лететь так. Помогаю Кате запустить ученика Андрея с пятой очереди на четвертую. Пока этот путь вроде чистый. Минут через пятнадцать, с третьей попытки он взлетает, и я с ужасом замечаю, что облака заползли на пятую очередь - садиться ему некуда. Человек только-только научился купол ставить, первый полет в Домбае, у него даже запаски нет... Параплан неуверенно поворачивает к предполагаемой посадке, делает круг и исчезает в облаках. Воображение рисует безрадостные картины - купол на подъемнике-деревьях-скалах, бедный Андрей! Но вечером он живой и здоровый - сел на Аманауз, на четвереньках собрал купол и ползком выбрался на дорогу. Катя вслепую по рации провела его на посадку, находясь в облаке. Андрей поражает своим спокойствием и хладнокровием, он явно в рубашке родился.

           9 марта. Чистое синее небо и вроде нет ветра. Может наконец сегодня будет убойная погода? Слетевший с самого утра Шпак рассказывает про потоки-нолики в воздухе. Хороший признак. Поднимаемся наверх, быстро раскладываемся – похоже, сегодня сидеть на старте не придется. Костя Затонский летит к нам с самого верха и показывает косые петли на своем новом Argon'e. Организаторы оптимистично ставят упражнение - маршрут с возращением через два ППМ. Вначале воздушный старт с ММЦ, потом Алибек, Теберда и финиш в ММЦ - всего 42 км. Что ж, попробуем. Первые ласточки-парапланы хорошо пошли и народ начал срываться один за другим. Стартую. Вот и поток - уверенная тройка-четверка. Высота 3176 м. над морем. Вся Мусса-Ачитара под нами. Вдали белеет Эльбрус. Пора снимать воздушный старт и лететь к ППМ. Наш паровоз со стороны смотрится очень красиво, разноцветные мошки хорошо видны на фоне снежных вершин. Весь поток можно проследить по ним. Вот впереди еще один поток, выкручиваю повыше и бросок к ППМ. Алибек спокоен, везде –1, высота потихоньку тает. Альплагерь снят, разворачиваюсь. Наконец на выходе из ущелья встречается слабая еденичка. Радостно хватаюсь за нее, центрую. Сзади подлетает Витя Федоров, протягивает туда-сюда, но видимо для него это не поток и он рискованно уходит к выходу из ущелья. Метров через 200 ему везет и он поднимается явно быстрее меня. Я тихонько кручусь, смещаюсь к более сильному потоку. Вот и вершины рядом. На снежных склонах хорошо видно, как сходили лавины. Как мне идти дальше? Народ рванул по темной левой стороне ущелья Домбай-Теберда, но я и сам умею летать, мне больше нравится освещенная правая сторона. Ловлю слабые плюсы над ретранслятором и направляюсь к Гоначхиру. У самого выхода из Гоначхира видна каменная осыпь, направленная прямо на солнце. Там наверняка поток, тем более что прямо над ней высоко в небе висит единственная в округе зарождающаяся кучевка. Мне туда! К скальнику прихожу неожиданно низко, внизу в ущелье видны расстеленные парапланы. Где же поток, который унесет меня выше гор? Склон все ближе, вот осыпь совсем подо мной, болтанка усиливается, а подъема нет. Подхожу еще ближе, до елок и стенки остается метров пятнадцать, не больше. Прибор слабо запищал, потом замолк. Купол совсем сошел с ума, мощные пинки сыпятся один за другим. Разворачиваюсь обратно и опускаюсь в таком минусе, что дух захватывает. Все внимание на крыло, которое совершает зымысловатые пируэты над головой, хорошо не складывается. С тоской смотрю вниз, садиться некуда. Там сплошной лес, течет узенькая река Гоначхир, на которой наверно и пол параплана не уместится. Чуть впереди дорога, тоже слишком узкая и просека, на которой бы село два параплана, если бы не высоковольтка в ней. Единственное пригодное место для посадки, это берег реки Теберды, до которой мне не дотянуть. Высота уже метров двести, снижение больше 4 м/с. Жалко новый параплан рвать, но выхода нет, надо садиться на деревья. Внезапно купол успокаивается, жуткие минуса прекращаются, и кажется можно долететь до широкого берега реки. Все. Сел. Как раз в ту кучу парапланов, которую я видел с воздуха. Звуки слышны как сквозь вату - заложило уши. Ветер ощутимо тянет с Теберды - вот в чем дело - я попал в подветренный ротор. Если там и был поток, то обработать его очень сложно. К нам один за другим с сильным снижением прилетают парапланы, подлетевшие к осыпи. У всех одна ошибка. Один из них летит совсем низко и кажется сел на лес, отсюда не видно. Дальше к Теберде летят пилоты, выбравшие левую стенку, но и они почти ничего не крутят. Лучшие пилоты в этот день взяли второй ППМ, повернули обратно почти сразу сели. Снова никто не дошел до финиша. Я же пролетел километров 14.

           Кажется, погода устаканилась и летные дни идут один за другим. 10 марта повторяет 9. Сегодня последний день соревнований. Маршрут снова 42 км, но уже без возращения : воздушный старт, Алибек, поле за Верхней Тебердой. Рядом со мной располагается телевидение, оператор что то спрашивает у меня. Я шепотом ему отвечаю - сухой морозный воздух на высоте около 3000 дерет горло. От холода можно все защитить, кроме горла. Ветерок сегодня тянет с горы. Вот снова кто то показывает поток, пора лететь. Разбегаюсь, дергаю ряды. Быстрее, еще быстрее, параплан упорно не хочет выходить, валится на бок. Давно у меня не было фальшстартов, сейчас повторю. Аккуратно раскладываю, разбегаюсь, тряпка снова тащится где-то сзади, отталкиваюсь сильнее и вот я носом в снегу. Еще попытка, снова неудача. Такого у меня никогда не было, в чем дело? Видимо, с попутным ветром здесь не взлететь. Перебираюсь подальше, и с пятой попытки взлетаю. Большинство пилотов уже взлетело и показывает мне сейчас потоки впереди. Все повторяется, вчера те же потоки также поднимали меня, и высота та же. Только теперь я не отрываюсь от толпы. Снят воздушный старт, Алибек, вот пройден Гоначхир. В этот раз я лечу с Шороховым, Белецким, Крушевским, Школиным, Федоровым по левой стороне ущелья. Хожу исключительно по крышам - мой Rival 28 может крутить поток тогда, когда маленькие купола уже сыпятся вниз. Белецкий исправно показывает дорогу, а я кручу за ним все термики до последнего. Потоки все слабее - видимо эта теневая сторона уже остывает и пора перебираться на освещенную сторону ущелья. Нужен только запас высоты, что бы прыгнуть через долину, но хорошего потока почему то нам не найти, обреченно крутим уже только нолики, Витя Федоров не выбрал, и ушел вниз. Последняя надежда - уступ ретранслятора над Тебердой, но и он нас обманул - прибор даже не пискнул. Идем по максимуму на долете, какие то слабые пузыри подбрасывают меня, к сожалению их не обработать. Лечу вперед, выжимая все из запаса высоты. Вот до земли метров 100, не больше. Впереди мост, какие то постройки, дорога. Опомнившись, выбираю место для посадки. Сажусь на остров посреди реки, рядом с Белецким. Какая то знакомая коряга лежит... Надо же, я садился уже здесь в первый раз в Теберде. Высоко в небе разноцветные пылинки медленно кружатся над правой стороной ущелья. Меня грызет зависть. Час спустя стоим с Крушевским на дороге и слушаем рацию. До финиша дошел один пилот – Пирожкин, ему досталось первое место. Немного не долетели до финиша Каспер, у него второе место, и Паша Ершов. Соревнования закончились, у меня 18 место. Могло бы быть и лучше. Как-то бестолково для меня они прошли, сказались непривычные условия. Ну что ж, полетаю здесь для себя, пока погода есть. Теперь я не связан толпой и буду сам принимать решения.

           Следующий день. Изрядно поредевшие ряды пилотов поднимаются на старт. Снова идеальная погода, яркое солнце, никаких облаков. Народ собирается лететь вместе до Алибека, Теберды и обратно в Домбай. Мне больше хочется полета как можно дальше по ущелью. Погода явно есть, и сегодня стартую пораньше. Все ближайшие потоки известны и лечу спокойно, без нервов. Правда подняться высоко, как раньше, выше 3000 м. не получается. Лечу по левой стороне ущелья, она еще освещена и дает хорошие потоки. Снова у меня де-жавю, такой же полет был у меня вчера, только летел здесь я позже. Потому и потоки сейчас нормальные и высоты больше, да и я уже знаю, как надо летать. Лечу в полном одиночестве, парапланов нигде вокруг не видно. Вот и Теберда внизу. Дальше идти по левой стенке бессмысленно, она уходит налево, и весь склон дальше в полной тени, потоков там не будет. Пора переходить на правую сторону ущелья, солнце, надеюсь, успело прогреть ее. Высоты маловато для прыжка, если сейчас перелечу - не выкарабкаюсь. Впереди снова ретранслятор, как и вчера, даже высоты столько же, едва-едва над склоном. Притираюсь к елкам, подо мной совсем близко мачта ретранслятора, какая то избушка сбоку. В этот раз поток появляется вовремя, срывается очень близко от деревьев и рваными кусками уходит в небо. Вписываюсь в него, напряженно центрую, болтанка и близость скал не дает расслабится. Зато как славно чувствовать себя в потоке, знать, что впереди еще большой полет и можно улететь куда угодно. Кидаю взгляд вниз, а избушка все удаляется от меня, интересно, кто-нибудь наблюдает за мной? Наконец высота перевалила за 3000 м., теперь запаса высоты с лихвой хватит на перелет ущелья. Вся Теберда далеко внизу, как на ладони, наконец то я полечу за нее. Планирую к высокому пику у Теберды, над которым вчера я наблюдал победителей. Фотографирую все вокруг. Когда прилетаю на другую сторону, то высоты даже больше, чем у вершины горы. Вот снова поток, все как по учебнику, где ищешь, там и находишь. Не шибко сильный - 1.4 м/с, зато устойчивый. Немного ниже и сбоку что-то усердно крутит орел. Наверное, он лучше знает, что делает. Перелетаю к нему, на приборе 1.5 м/с... В общем то сильнее, не поспоришь. Все, потолок, 3300 м., горы здесь ниже, потому и видно дальше, чем в Домбае. Отлично виден Эльбрус, горы и ущелья вокруг. Дальше по курсу Верхняя Теберда, скалы, свободные от снега и направленные прямо на солнце. Потоки появляются вовремя, не дают мне опуститься. Я еще далеко улечу, жаль, вчера я так не шел, трусливо плелся с толпой. Вот пройден вчерашний финиш, а высоты еще километра полтора над равниной. Снег кончился, горы становятся ниже и потихоньку переходят в равнину. Картинка завораживает. Над всей равниной грязный слой инверсии, сквозь который плохо видно землю. А сзади, над горами кристально чистый воздух, видимость километров 50, не меньше.

           Дело идет к вечеру, третий час полета, потоки слабеют. Впереди видна Нижняя Теберда, кажется могу долететь до нее. Внизу проплывают уже не горы – высокие холмы, метров 300-400 высотой, покрытые лесом. Высота уменьшается, и я вижу, что дует ветер прямо мне навстречу. Дальше не пробиться, пора искать посадку. Сложно здесь с этим. Окрестность больше напоминает большой овраг с каменистыми склонами. Вначале я рассчитываю на узкую полоску земли между дорогой и горой, потом замечаю телеграфные столбы на этом месте. Еще возможная посадка видна на берегу реки – каменистый пляж, но меня так просаживает, что мои шансы долететь до нее стремительно уменьшаются. Судорожно пытаюсь зацепиться за сомнительный динамик от очередного отрога, крыло швыряет во все стороны, чуть не задеваю деревья, ухожу отсюда. Теперь мне только один путь, на маленький пятачок свободной земли в самом неудобном месте, на другом берегу реки от дороги. Со всех сторон этот пятачок окружают телеграфные провода, но меня беспокоит единственная ферма высоковольтки, стоящая рядом. Совершенно непонятно, где остальные фермы и куда идут провода. Главное не сесть на них, как тот несчастный пилот на Чемпионате Мира. Встаю на глиссаду, замечаю спрятавшиеся столбы, лавирую, целясь в площадку. Сажусь в пяти метрах от проводов 6000 вольт...

 Хорошо как, тепло, пахнет весной и скорым летом. Пора возвращаться в Домбай, пока не стемнело. Похоже, придется топать до ближайшего моста километров шесть-семь - река слишком глубокая и быстрая, что бы пытаться перейти ее вброд. Обидно, до дороги метров 50, машины проносятся мимо, а нужно столько идти до нее.

           Минут через 40 останавливаюсь передохнуть на крутом обрыве реки. Почему я не птица? Вон как они запросто пролетают эти несколько метров воды. А почему это я не птица?! У меня же крыло в рюкзаке! Через десять минут стою в подвеске, параплан аккуратно расстелен сзади, а я решаюсь на этот прыжок. Места для разбега совсем мало, метров десять, уклона совсем нет, и едва заметный ветерок дует мне в спину. Старт должен быть очень четким, ошибаться нельзя - внизу шумит горная река, вода наверно жутко холодная, а до другого берега параплан еле долетит. Разбегаюсь, крыло поднимается и валится вбок. Стоп. Вторая попытка тоже неудачная. Ну, бог троицу любит, разбегаюсь в третий раз, крыло ровно выходит, но держать меня явно не хочет, тормозит и тащится немного сзади. Мои нервы сдают. Так я не буду рисковать, останавливаюсь на самом краю обрыва, складываюсь...

           Когда я в восемь часов на попутке добираюсь до Домбая, весь лагерь стоит на рогах. Меня потеряли. С самого старта никто не видел, как я летел. Вызвали даже спасателей, хорошо они не пошли искать меня из-за темноты. Иду на закрытие соревнований и праздничный банкет в кафе на горе. Здесь меня ожидает втык от Гусева за самостоятельный улет. Счастливые призеры обливаются шампанским, остальные пьют водку, на которую я смотреть не могу. Под конец пьяные и веселые парапланеристы всей толпой спускаются на канатке. Картина запоминающаяся – звездная ночь, огни поселка внизу, а наш вагончик скользит во мраке под боевые летные песни. 

           Следующий день прошел не очень удачно. Я лечу с Катей, и нам не везет. Слабая погода не дает хороших термиков, и Катин блюз уходит вниз. Я спускаюсь к ней, попутно трачу запас высоты на петлю. Не очень удачно, впрочем. Потом начинается долгий путь пешком обратно через реку и лес.

           Утро следующего дня тоже не слишком обнадеживает. Солнце в дымке, греет слабо. На старт поднимаются единицы пилотов. Сегодня мы с Катей снова попробуем улететь вместе. К часу дня дымка не рассеивается, больше ждать не хочется, взлетаем. Первый поток очень слабый, тихонько крутим 0-0.5 м/с. Рамиль в тандеме летит к нам, но после нескольких спиралей не удерживается, снижается. Поднялись немного выше старта, пора лететь дальше. Переходим на западную стенку ущелья в Теберду, но и здесь ничего не радует. Дежурные потоки еле поднимают нас. После Гоначхира Катя немного не долетает до моего потока и попадает в какой то жуткий ротор. По рации передает, что ее прибор сошел с ума и стрелка прыгает от -5 до +5 м/с (максимальные значения варио). Снова ей не повезло, и она садится там же где и вчера. Я решаю покрутиться здесь в пределах досягаемости рации, что бы не оставлять ее в одиночестве. Небо надо мной в дымке, только на юге видна голубая полоса чистого неба. Дохлые потоки приходится крутить бесконечно долго, еле наскреб высоты на переход на другую сторону ущелья. Скоро я сяду к Кате, вот только закончится эта единичка. Какой устойчивая единичка, я уже на 3000 м., подъем усилился до +1.5 м/с, потом до +2, +3 и остановился на +4.2. Небо незаметно очистилось, и надо мной появляются пушистые облачка. На альтиметре 3500 м, я так высоко никогда не забирался. Прибор радостно заливается, надо мной вспухает мрачное облако, а в Теберду вообще страшно смотреть, над ней плотная стена грозных туч. Мне становится не по себе. Катя успокаивает меня, что надо мной всего лишь мирная кучевка и бояться мне нечего. Хорошо, что поток не усиливается, из +4.5 легко можно уйти. Вот и кромка облачности - почти 4500 м. Фантастика! Весь Кавказ подо мной, все горы, кроме укрывшегося в облаках Эльбрусе. Вид потрясающий, ну почему я не взял с собой фотоаппарат? Внимательно смотрю на юго-запад,  пытаюсь увидеть Черное море, но видимость не позволяет, всего километров 50. Вхожу в облако, набираю в нем еще и вываливаюсь сбоку. Я весь белый, в инее. Внизу искрится кольцевая радуга. От Домбая летит снизу какой то параплан, ловит поток, приближается - это Сергей Шеленков на Виртуозо. Он крутится рядом, потом направляется к Теберде, жаль, мне с ним не по пути. Тем временем Катя поймала попутку и поехала домой. Полечу и я в Домбай.. 

           Третий час полета. Замерзли руки. Впереди Мусса-Ачитара. Лыжники сверху еле заметны. Все таки параплан мне нравится больше, чем сноуборд. Часы показывают почти 4 часа вечера, потоки слабеют, пора садиться. Снижаюсь к ММЦ, пытаюсь снова загнать крыло под себя для мертвой петли. Петля не получается, зато купол разгоняется до такой скорости, что хлопает верхняя консоль. Не могу даже опустить чугунную голову , что бы посмотреть скорость снижения. Выполаживаю спираль, на приборе -15м/с. Высоты на вторую попытку нет, делаю винговеры. Консоли раскачиваются все больше и больше, вот центр крыла ниже горизонта, ХЛОП - сложение 60-70%, доигрался. Хватит выпендриваться, пора заходить на посадку. Передо мной разбегаются зрители, разлетается под ногами мокрый снег, трехчасовой полет закончен.

           Это был последний полет в Домбае. Утро следующего дня встретило нас холодным дождем и низкой облачностью. Хватит здесь сидеть, едем домой, в Питер. Быстро договариваемся с машиной и собираем вещи. К отъезду небо очищается, но пути обратно нет. С тоской уезжаю из гор. Душа хочет новых горных полетов, кромки +5000 м. и дальних маршрутов над неприступными горами. Надеюсь, я еще приеду сюда.

           В итоге, за 19 дней я поймал 7 летных дней, налетал около 15 часов и узнал, что такое горы. Уже приехав домой, я заметил, что третий день соревнований мне не засчитали, поставили 6 км вместо 14. Хотя все фотографии есть, и хорошо видны купол, стенд, воздушный старт, ППМ и посадка. Странно. Хотя, конечно, выше чем на 3 места я не поднялся бы.

 

Хохлачев Руслан